Учебники по истории Казахстана

Учебники, справочники, шпоргалки по истории Казахстана

Костяное изделие из могильника баргай

(Работа выполнена при поддержке фанта РГНФ № 43-45-56844.)

Н. В. Именохоев Институт монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН

Улан-Удэ

Исследования памятников хунну на территории Западного Забайкалья были начаты в конце XIX столетия кяхтинским врачом-антропологом Ю. Д. Талько-Грынцевичем. Им были обнаружены и исследованы 95 погребений («в срубах» и «гробах») в долинах р. Селенги и ее притоков — Джиды, Чикоя, Хилка [Коновалов, 1976, с. 21, табл. 1] Начало XX столетия ознаменовалось открытием в Монголии знаменитых памятников хунну в Ноин Ууле, что косвенно стимулировало организацию исследований памятников этого периода в Забайкалье [Руденко, 1962]. (далее…)

Император Китая в хакасской степи

 

А. А. Ковалев

НИИ комплексных социальных исследований Санкт-Петербургского государственного университета

Санкт-Петербург

Дворцовое здание с китайской черепицей, руины которого были исследованы археологами в 1940-1946 гг. недалеко от Абакана, до сих пор не получило общепринятой атрибуции. Для этого уникального памятника не нашлось еще надлежащего места в кругу источников по этнополитической истории Восточной и Центральной Азии. Автор настоящей статьи еще в 2005 г. в Минусинске, на конференции в честь 100-летия С. В. Киселева, обнародовал новую гипотезу о принадлежности «дворца», а в 2007 г. на конференции «Этноистория и археология Северной Евразии: теория, методология и практика исследования» сделал более подробное сообщение [Ковалев, 2007]. Хоти эта публикация в некоторых аспектах носит поверхностный характер, а ряд положений изложен слишком конспективно, острота не прекращающейся полвека дискуссии вокруг атрибуции и датировки сооружения, а также необходимость привлечения не известных российским специалистам китайских источников настоятельно требуют развернутого критического исследования. (далее…)

Происхождение и формирование погребального комплекса хунну

П. Б. Коновалов Институт монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН Бурятский госуниверситет Улан-Удэ

Одной из нерешенных проблем изучения хунну является их этногенез. Интерес к нему никогда не затухал, и в последнее время он вновь овладел вниманием многих ученых. Заметим, что тема эта раньше затрагивалась в публикациях разных исследователей под следующими характерными заголовками: «Происхождение сюнну: современное состояние проблемы» [Миняев, 1987]; «Некоторые аналогии погребениям в могильнике у дер. Даодуньцзы и проблема происхождения сюннуской культуры» [Полосьмак, 1990]; «Скифские памятники Алтая, Ордоса и происхождение сюннуской культуры» [Вареное, 1995]; «Происхождение и ранняя история хунну» [Коновалов, 1996]; «Происхождение хунну» [Ковалев, 2002] и др. Однако хочу обратить внимание на то, что материал, который рассматривался в этих работах, отражал на самом деле лишь часть проблемы происхождения, или этногенеза, хунну. Авторами рассматривались только погребальные памятники Северного Китая на пространстве от Ордоса до Южной Маньчжурии периода до образования державы Хунну в сопоставлении с хуннскими памятниками Центральной Азии периода великодержавия. Причем в трактовке сходства и различий сопоставляемых памятников у названных авторов выявились разногласия относительно прародины хунну и их культурогенеза. В настоящей ста тье автор как участник этой дискуссии намерен вернуться к обозначенной проблеме, но с той оговоркой, что постановка цели в ней ограничивается рамками или, вернее сказать, уточняется ровно так, как сформулирована в заголовке его статьи, ибо решение задачи этно-и культурогенеза в целом потребовало бы более широкого и многопланового подхода. (далее…)

Краткая характеристика места расположения могильника

Хуннский могильник, получивший название Шомбуузийн бэльчээр, находится в отрогах северо-восточного фаса Монгольского Алтая, в районе одного из священных его вершин Мунх Хайрхан в верховье р. Дунд Цэнхэр. Топографо-геодезическим ориентиром местонахождения некрополя при заезде на него со стороны города Ховд через Манхан сомон служит: Мунххайрхан сомон выше среднего течения р. Дунд Цэнхэр — от сомона вверх по речке 16-17 км до впадения в нее слева горной рч. Борт, напротив устья этого притока на правой стороне р. Дунд Цэнхэр в 0,5 км — в небольшой впадине между сопок. К востоку от этого места начинается сравнительно широкое пространство межгорной котловины со сложным рельефом, называемое Шомбуузийн бэльчээр, т. е. могильник находится с западного края этой котловины. (далее…)

Рис. 1. План группы раскопанных могил некрополя Шомбуузийн бэльчээр (см. на врезке)

Внешний вид могил

№ 1 — выпуклый курган из мелких камней, по краям кое-где торчащие из земли крупные камни. Диаметр — 4,5×4,5 м, высота — 20 см.

№ 2 — кольцевая, с редкими слабовыступающими камнями, с перерывами, внутри кольца пусто, без впадины. Диаметр — 5,5×6 м.

№ 3 — кольцевая, диаметр — 8×8 м, внутри пусто, без впадины, с ритуальными камнями с северной стороны.

№ 4 — кольцевая, 6,5×6,5 м, внутри пусто, без впадины. (далее…)

Ритуальные объекты на некрополе

Особенность могил данного некрополя заключается в том, что многие из них сопровождаются рядами ритуальных камней, расположенных на определенном расстоянии в 5-10 м с северной стороны могилы. Камни лежат на поверхности парами, расставленными в цепочки (вереницей) по направлению 3-В перед каждой могилой. Такая особенность зафиксирована нами на некрополе в Тахилтын хотгоре вблизи Манхан сомона Ховд аймака, причем там такие камни сопровождали как крупные элитные курганы, так и мелкие рядовые могилы, хотя последние не всегда имели подобное сопровождение, а некоторые крупные могилы там были окружены вереницами камней в несколько рядов [Brayan et al., 2009, р. 301, 303, 307]. Если могилы располагались близко друг к другу и по линии 3-В, как в данном случа* в Шомбуузийн бэльчээре, то лежащие перед ними сопроводительные камни трудно было разграничить: сколько пар относятся к одной, сколько — к другой. (далее…)

Раскопки могил

Замысел наш заключался в следующем. Раскопать группу могил но южному краю некрополя, где расположены две крупные могилы рядом друг с другом № 16 и 15 и продолжающие этот ряд вверх по склону местности могилы меньших размеров — № 14, 13, 12, 11. Предполагалось, что вся эта группа, возможно, как-то связана между собой. Подозревалась также связь между могилой № 16 и соседней небольшой № 18 с северо-западной стороны (рис. 1). С последней и начали раскопки. (далее…)

Результаты обследования 2007 г. стоянки Тологой-VI

(Иволгинский район Республики Бурятия)

А. И. Симухин Институт монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН

Улан-Удэ

В 2007 г. на территории Иволгинского района Республики Бурятия производились разведывательные работы ИМБТ СО РАН. В изучаемом районе обследовано несколько известных местонахождений, в том числе и Тологойский археологический комплекс, включающий в себя неолитические стоянки, могильники бронзового, железного веков, средневековья и два пункта петроглифов бронзового века. (далее…)

Кенотаф хуннского времени на памятнике Яломан-II в Центральном Алтае

(Работа выполнена при финансовой поддержке ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» по проекту «Комплексные исторические исследования в области изучения Западной и Южной Сибири с древнейших времен до современности» (шифр 2009-1.1-301-072-016).)

А. А. Тишкин, С. С. Матренин Алтайский государственный университет

Барнаул

Погребально-поминальный комплекс Яломан-II расположен в Онгудайском районе Республики Алтай около устья р. Большой Яло-ман, на 4-й надпойменной террасе левобережья Катуни. Начиная с 2001 г. в течение четырех полевых сезонов на данном памятнике была исследована группа из 27 непотревоженных курганов хуннского времени (II в. до н. э. — I в. н. э.). В них обнаружены многочисленные предметы материальной культуры: оружие, воинское снаряжение, украшения, детали костюма, орудия труда, бытовая утварь, элементы амуниции верховых лошадей и некоторые другие категории вещей. Часть полученных сведений и находок, а также предварительные результаты их анализа уже представлены в ряде публикаций [Тишкин, Горбунов, 2003, 2005, 2006; Тишкин, 2005а, б, 2007а, б; Тишкин, Хаврин, 2004; Тишкин, Горбунова, 2005; Горбунов, Тишкин, 2006; Тишкин, Хаврин, Френкель, 2007; Тишкин, Хаврин, Новикова, 2008; Тишкин, Лузгин, 2009 и др.]. Кроме этого, по образцам, отобранным из раскопанных захоронений указанного периода, получена серия радиоуглеродных дат [Тишкин, 2007а, с. 264-268, 270-275]. Необходимо подчеркнуть, что значительная часть зафиксированного погребального инвентаря находит аналогии непосредственно в материалах изученных памятников хунну [Тишкин, Горбунов, 2005]. (далее…)