Этапы изучения культурной революции в Казахстане

Историография культурной революции в Казахстане — одно из наиболее молодых и, безусловно, перспективных направлений обществознания. К сожалению, до сего времени нет научных трудов, в которых бы обстоятельно характеризовались этапы ее развития, анализировались направления, течения и концепции, с партийных позиций оценивались теоретический уровень, глубина и четкость акцентов исследования, факторы, исторические условия, особенности и трудности становления и развития истории культуры Советского Казахстана как науки.

Следует, однако, сказать, что состояние изученности культурной революции в Казахстане в определенной степени освещалось и продолжает освещаться в монографиях, статьях и диссертационных работах по истории культуры. Но на первых порах чаще всего это были неверные или неточные «характеристики». Так, в 1957 г., в статье «Историческая наука в Казахстане в советский период» С. Н. Покровский, А. Н. Нусупбеков и В. Ф. Шахматов, не вдаваясь в анализ сорокалетнего периода изучения культурного строительства в республике, утверждали: «…история культурной революции в Казахстане почти не изучена, нет ни одной монографической работы* посвященной этой проблеме».

В сборнике «Наука Советского Казахстана. 1920—1960 гг.» (Алма-Ата, 1960, 576 с.) эти же авторы, наконец, отметили некоторые работы по истории культуры Советского Казахстана, изданные в 50-е гг. Однако в орбиту их внимания не попали многие исследования Г. С. Сапаргалиева, И. Г. Пичугина, М. Карагусова, X. Хабиева и других авторов.

Еще более ограниченный и поверхностный характер носит освещение историографии культурной революции в статье «Развитие исторической науки в Казахстане», опубликованной в сборнике «Октябрь и наука Казахстана» (Алма-Ата, 1967)* Выгодно отличалась от «ее статья Г. Ф. Дахшлейгера «Основные этапы развития исторической науки в Советском Казахстане», напечатанная тремя годами ранее в журнале «Вопросы истории» (1964, № 10). В данном случае речь идет не только о более полной научной информации по данной проблеме,, но и о том, что автору не чуждо понимание конкретных проблем, широкого спектра участков культурного строительства, которые являлись объектом исследования историков, филологов, искусствоведов, представителей педагогической, правовой и других общественных наук. Правда, в статье характеризовался лишь современный этап изучения культурной революция в Казахстане.

Первой попыткой ретроспективного анализа историографии культурной революции в республике является историографическое введение к книге «Социалистический путь культурного прогресса отсталых народов», написанное автором данной статьи. Но, во-первых, обзор литературы и источников, данный в нем, был неполным и в ряде случаев поверхностным, во-вторых, не были четко обозначены этапы изучения истории\’ советской культуры Казахстана.

Некоторые сведения об историко-культурных исследованиях 20—30-х гг. содержались в этнографических, историкобиографических и историографических работах 60—70-х гг. В научных и общественно-политических журналах, а также на страницах газет стали чаще публиковаться обзоры и рецензии на книги по истории культурной революции, на статистические и документальные сборники по этим вопросам.

Современный этап историографии культурной революции в республике характеризуется частично в трудах видных советских исследователей культуры, где наряду с разработкой важнейших исторических, методологических и теоретических проблем культурной революции, исследованием конкретного исторического опыта становления и развития новой духовной жизни нашего общества много внимания уделяется вопросам историографии советской культуры.

Особенно большой вклад в разработку научной историографии культурной революции в СССР внесла профессор Л. М. Зак. В ее трудах фактически развернута последовательная картина всех этапов изучения истории духовной жизни советского общества, в том числе развития национальной историографии, дан анализ работ местных авторов по истории культуры.

Вполне приемлема и для национальных республик СССР схема периодизации истории изучения культурной революции, предложенная Л. М. Зак. Наш казахстанский материал, во всяком случае, вполне подтверждает правомерность выделения трех основных этапов исследования истории культурного строительства:

  • с 1917 до начала 30-х гг.—этап возникновения и становления историографии культуры;
  • с середины 30-х до середины 50-х гг.— этап дальнейшего развития и постепенной профессионализации исторической культурологии;
  • с конца 50-х — начала 60-х гг.— современный этап исследования культуры.

Принятие данной схемы отнюдь не означает, что игнорируется специфика и трудности становления развития казахстанской историографии культурной революции, искусственно подгоняется ее состояние под общесоюзный уровень. Единая общесоюзная научная периодизация истории исторической науки и, в частности, изучения истории советской культуры для всех республик, краев и областей СССР обусловлена прежде всего тем, что наука (в том числе и общественная) по природе своей интернациональна. Национальные барьеры, порой искусственно воздвигаемые на пути науки, способны лишь задержать ее развитие. Советский строй, объявивший войну всем и всяким формам и проявлениям Социального и национального гнета, устранил эти барьеры и открыл всем народам нашей страны неограниченные возможности для вовлечения трудящихся в научный и культурный прогресс. Верная провозглашенному курсу борьбы за обеспечение фактического равенства народов СССР, КПСС уже в первое десятилетие после победы Октябрьской революции организовала народам Советского Востока бескорыстную культурную помощь, в частности научную. В республики Советского Востока, в том числе в Казахстан, партия посылала в те годы выдающихся ученых, талантливых педагогов, усилиями которых началось активное и целенаправленное изучение природных условий, недр, флоры и фауны бывших национальных окраин, их истории, культуры, быта, психологии, народных традиций и обычаев, создавались учебные заведения, началась подготовка новых кадров из лиц коренной национальности. Академия наук СССР организовала в этот период ряд стационарных комплексных экспедиций, занимавшихся с большим успехом широкими исследованиями территории и населения Казахстана. В этих условиях в значительной мере снимались проблемы «провинциализма» науки в союзных, автономных республиках, хотя, конечно, в первые годы Советской власти они еще значительно уступали центральным районам Союза по числу и особенно по уровню подготовки специалистов и научных работников. Но в силу указанных обстоятельств это существенным образом не отразилось на темпах и уровне научных исследований в национальных районах. Сопоставление истории изучения культуры в центре и в Казахстане, несмотря на значительные, порождаемые местными условиями нюансы, в целом показывает общность развития историографии на первом и особенно на последующих этапах (сходными, даже можно сказать общими, являются не только отдельные крупные достижения, но и слабости, недочеты и пробелы). Разумеется, масштабы и степень этих общих черт несопоставимы.

Научная разработка истории культурной революции в Казахстане, как и во всем Советском Союзе, имеет своим истоком произведения В. И. Ленина. Именно ему принадлежит заслуга постановки, всестороннего и глубокого научного обоснования проблемы культурной революции как одной из основных закономерностей социализма.

Ленинские идеи культурной революции широко пропагандировались, популяризировались и разрабатывались в теоретическом и практическом аспектах его соратниками, выдающимися деятелями нашей партии и Советского государства, видными теоретиками и пропагандистами марксизма-ленинизма Н. К. Крупской, А. В. Луначарским, К. Цеткин, М. Н. Покровским, М. И. Калининым, А. С. Бубновым, М. С. Ольминским и др.

В их трудах наряду со многими важными вопросами культурной революции получили широкое освещение вопросы национальной специфики культурного строительства в союзных и автономных республиках, проблемы культурной помощи и; взаимопомощи, выравнивания уровней культуры различных народностей и наций СССР. В работах Н. К. Крупской, А. В. Луначарского, А. С. Бубнова есть, в частности, немало конкретных исторических сведений о положении культуры в Казахстане в 20—30-х гг., о состоянии народного образования, ликвидации неграмотности, культурно-просветительной работе в крае и т. д.

Идеи Ленина и партии о культурной революции уже в 20-х гг. стали не только осуществляться в Казахстане практически, но и находить отражение в теоретических статьях и трудах отдельных работников идеологического фронта, запечатлевших первые шаги культурного строительства республики.

Первый этап изучения культурной революции в Казахстане был крайне сложным. Малочисленность и исключительно слабая подготовка культурных кадров и вообще интеллигенции в республике долгое время сдерживали процесс научного осмысления и обобщения начавшейся здесь культурной революции. Положение осложнялось враждебной деятельностью националистов и великодержавных шовинистов. Под их влиянием некоторые руководящие партийные и идеологические работники республики допускали отступления от ленинских принципов строительства новой культуры, ошибочно трактовали проблему освоения культурного наследия прошлого и отношения к старой интеллигенции.

Особенно остро в те годы обсуждался вопрос о роли национальной интеллигенции. .Началом широкой дискуссии явилось открытое письмо казахской молодежи, обучающейся в Москве. Авторы письма, обращаясь к видным казахским коммунистам, просили разъяснить им, какова правильная оценка роли старой казахской интеллигенции в революции, каковы особенности и трудности формирования новой интеллигенции Казахстана, по какому пути в условиях Советской власти будет происходить и будет ли происходить дальнейшее развитие казахской национальной культуры, будет ли эта культура культурой пролетарской. Наиболее обстоятельные ответы на эти вопросы были даны в статьях Т. Рыскулова «Ответ на письмо молодежи» и «Об ауле, интеллигенции, Компартии и культуре».

Т. Рыскулов много сделал для пропаганды и разъяснения в Казахстане ленинских идей культурной революции. Он указывал, что Ленин и партия взяли курс не на ликвидацию национальной культуры, а на очищение ее от реакционных элементов, чуждой идеологии, обветшалых и вредных традиций. Пролетарская культура, отрицая все отжившее и реакционное, не является, однако, безнациональной. Одним из первых Т. Рыскулов подверг критике утверждение о том, что поскольку в Казахстане слаб и недоразвит рабочий класс, пролетариат, постольку здесь нет и не может быть пролетарской культуры, литературы, искусства.

В вопросе об интеллигенции Т. Рыскулов высказал также ряд интересных и правильных суждений и замечаний. В частности, он говорил о дифференцированном подходе к старым кадрам, возможности их перевоспитания и использования. Вместе с тем им был сформулирован ошибочный тезис о якобы объективно-прогрессивной роли алаш-ордынской интеллигенции в национально-освободительном и революционном движении.. В последующие годы эту ошибочную точку зрения повторили Г. Тогжанов, С. Д. Асфендиаров и ряд других историков.

Большую историко-культурную работу в первой половине 20-х гг. вело Общество изучения Казахстана. Оно было призвано не столько собирать материалы и изучать прошлую историю края, сколько содействовать культурному и научному прогрессу казахского общества, вставшего на социалистический путь развития. Не случайно поэтому на заседаниях ОИК систематически заслушивались и обсуждались доклады о состоянии и перспективах народного образования, здравоохранения, профессионального искусства, литературы, науки. Общество публиковало труды членов ОИК, однако значительная часть материалов так и не увидела свет. Она хранится ныне в Центральном государственном архиве Казахской ССР (фонд № 693).

В этих материалах отчетливо прослеживается сложная и подчас противоречивая борьба вокруг проблем культуры, искусства, просвещения, науки. Так, на одном из заседаний ОИК, где заслушивался доклад о путях развития казахского музыкального искусства, выявились две противоположные точки зрения. Искусствовед И. П. Словохотов считал, например, что «прививка европейской культуры казахскому народу должна повести в ближайшем будущем к вытеснению родных мотивов из сердец казахов…».

Возражая ему, И. П. Третьяков подчеркнул, что «необходимо дать казахским детям европейское музыкальное образование с тем, чтобы в будущем на основе народного музыкального творчества скроить свое художественное творчество. Только тогда возможно ожидать появления казахских симфоний и оперы, и в казахском народе может появиться свой Глинка, который поведет казахскую музыку по новому национальному руслу, приобщив казахское искусство к общей сокровищнице музыкального творчества народных гениев».

Развитие казахской советской культуры блестяще доказало справедливость вывода о необходимости творческого использования и восприятия лучших достижений мировой, в том числе русской и европейской, культуры и искусства.

Научное изучение современного состояния культуры и быта казахского народа и всего населения края и поиски путей их социалистического преобразования вели экспедиции и отряды этнографов, археологов, географов, историков и лингвистов, направлявшиеся в Казахстан из Москвы, Ленинграда и Ташкента Советским правительством. К сожалению, эти отряды и экспедиции в силу специфичности своих задач мало внимания обращали на работу просветительных и культурных учреждений республики тех лет. Культурная жизнь Казахстана первого десятилетия, проблемы культурной революции чаще всего обсуждались и освещались в печати того времени не как практически осуществляемые, а как вопросы, которые предстояло еще решить. Исключение составляют некоторые работы, написанные журналистами и учеными Москвы и Ленинграда на основе непосредственных наблюдений и впечатлений во время их служебных и научных командировок. А. Гаев и Горчаковский конкретно и живо описывали большие перемены в духовной жизни казахского аула, характер и направленность культурных преобразований в некогда отсталом крае. И. Архиінчеев свою задачу видел в том, чтобы показать, насколько культурная отсталость мешает «осуществлению социалистической демократии». В его работе обстоятельно характеризовались особенности и трудности проведения культурной революции в кочевых и полукочевых районах Казахстана и Киргизии и выдвигались конкретные практические предложения. Важно, что он освещал проблему культурной революции в ленинском духе, рассматривал ее как важную составную часть борьбы за социализм, как важнейшее орудие советизации казахского аула.

Казахстанская историография культурной революции значительно изменилась в начале 30-х гг., когда историческая наука успешно преодолевала влияние буржуазно-националистических и великодержавно-шовинистических концепций и взглядов, когда в результате успехов в культурном строительстве несколько окрепли культурно-идеологические и научные, кадры республики. Расширился диапазон культурных интересов казахского общества, более целенаправленной и боевитой стала культуроведческая печатная информация и пропаганда, появились первые брошюры и книги по истории народного образования, развития казахского театра, народной музыки и т. д. Авторами большинства книг, брошюр и статей были, практические работники идеологического и культурного фронта республики. Они не часто прибегали к историческим экскурсам, но зато очень подробно и по-деловому анализировали современное положение в области культуры, науки, просвещения и искусства, горячо обсуждали конкретные меры и пути скорейшей ликвидации культурной отсталости края, развития новой, советской системы народного образования, внедрения а жизнь и быт трудящихся лучших достижений науки и культуры, а в их сознание — марксистско-ленинского мировоззрения.

Значительная часть работ того времени посвящена проблемам просвещения и ликвидации неграмотности, что вполне естественно отражало характер и направленность культурной революции на ее первом этапе. В работах Г. Березы, О. Сафро^ X. Амрина, С. Мендешева, Н. Нурмакова характеризовались первые итоги осуществления всеобщего начального образования в Казахстане, специфика и трудности организации начальной школы в кочевых и полукочевых аулах. Ш. Альджанов, Т. Дейнега и Дж. Садвакасов много внимания уделяли проблемам привлечения казахской молодежи в школы и учебные заведения республики, обобщали и анализировали опыт и недостатки в учебно-воспитательной работе школ Казахстана. Коренным недостатком последней Дж. Садвакасов считал то, что она в силу ряда объективных и субъективных причин (нехватка квалифицированных учителей, ошибки в организации учебного процесса) не дает еще глубоких знаний. Школы республики (в особенности аульные) по уровню подготовки учащихся в те годы довольно сильно отставали еще от городских школ РСФСР и других промышленно развитых районов СССР. Ликвидировать этот недостаток, это отставание можно было прежде всего путем решения проблемы педагогических кадров, организации многочисленных педагогических вузов, техникумов и училищ. Работы Г. Березы, Ш. Альджанова и других отразили первые шаги в развитии высшей школы республики, меры по реорганизации средних специальных учебных заведений.

Большой интерес для исследователей истории культуры представляют работы У. Джандосова и И. Кабулова, в которых в острой полемической форме ставились актуальные вопросы национально-культурного строительства в Казахстане. Обстоятельно обобщая и критически разбирая отдельные утверждения советских ученых по национальному вопросу, У. Джандосов на конкретном опыте Казахской АССР доказал несостоятельность абсолютизации национально-особенного, национальной специфики в ущерб интернациональным тенденциям в экономическом и культурном развитии советских народов. Культура, наука, профессиональное искусство, освоение лучших культурных достижений других, более передовых наций не только не противопоказаны естественному процессу национальной консолидации казахского народа, но, напротив, облегчают и ускоряют его, содействуя скорейшей ликвидации .былой духовной одичалости и отсталости трудящихся масс.

В статьях И. Кабулова подвергнуты принципиальной критике ошибочные теории некоторых руководителей краевой партийной организации о том, что культурное строительство, культурные задачи следует отодвинуть на второй план, до решения хозяйственных, экономических проблем. Этим самым, как справедливо писал И. Кабулов, «задним числом оправдывались» серьезные упущения в культурной работе, отставание республики в ряде важных областей культуры и просвещения. Он убедительно доказал необходимость значительного ускорения темпов культурного строительства в Казахстане и борьбы как против великодержавного шовинизма, так и против буржуазного национализма в национальном вопросе.

Большой общественный резонанс получила вышедшая в свет в 1933 г. книга И. Джансугурова и Г. Тогжанова «Казахский национальный театр». Обобщенный в ней опыт развития театрального искусства республики, собственно, не был столь уж большим, ведь официальное открытие первого казахского театра произошло лишь в 1926 г., а в дореволюционные годы казахи не имели ни профессиональных театров, ни других учреждений профессионального искусства. Интерес к книге объяснялся громадной тягой трудящихся к искусству, культуре, образованию и свету, которую пробудил в них Великий Октябрь и социалистический строй, разбивший оковы социального и национального угнетения.

Помимо подведения семилетних итогов работы театра, критического разбора поставленных театром пьес авторы освещали важные теоретические и практические проблемы театрального искусства вообще, казахского национального искусства в частности.

Второй этап изучения культурной революции в Казахстане (с середины 30-х до начала 60-х гг.) — большой и неравнозначный по своим периодам отрезок развития историографии. Для него в целом характерно, что в исследовании истории культурной революции в Казахстане были преодолены националистические и великодержавные идеи, нигилизм и сектантский подход к оценке ряда явлений культурной жизни. Труды того времени интересны и тем, что в них содержится анализ и конкретное описание хода строительства новой культуры в республике.

Внутри указанного этапа следует выделить два периода. Первый из них охватывает 30—40-е гг., когда история культуры фактически продолжала фиксироваться в небольших оперативных публикациях, авторами которых в основном являлись руководители идеологического и культурного фронта, его активные работники (учителя, работники культурно-просветительных учреждений, деятели искусства, партийно-советский актив, писатели). Поэтому публикации, во-первых, носили, скорее, характер документальных источников, во-вторых, в них очень слабо исследовалась предшествующая история культурного развития края.

Исключение составляли работы Т. К. Жургенова, возглавлявшего в 1933—1937 гг. Наркомпрос республики. В них наряду с характеристикой современного ему состояния народного образования, борьбы с неграмотностью, культурно-просветительной работы, литературы, искусства, казахской письменности и национального языка нашли отражение и дореволюционные истоки культуры Казахстана, и опыт культурной революции в республике первого десятилетия после победы Великого Октября.

Значительный интерес представляет небольшая книга Т. Жургенова, вышедшая в свет в 1935 г. под названием «Культурная революция в Казахстане». В ее основе лежит обстоятельный доклад, с которым он выступил на I съезде деятелей культурного строительства республики. В книге получили освещение проблемы культурного строительства, закономерности и особенности процесса духовного возрождения казахского народа, ликвидация былой его культурной отсталости на базе победы пролетарской революции и строительства социализма.

Руководствуясь ленинским пониманием культуры и культурной революции, Т. К. Жургенов обобщал исторический опыт духовного обновления народов Казахстана, которое происходило в условиях укрепления дружбы, взаимной помощи и бескорыстной поддержки между народами Советского Союза. С ленинских позиций оценивал он культурное наследие Казахстана и проблему его творческого восприятия в ходе культурной революции.

Центральное место в книге занимали вопросы развития народного образования, создания новой системы обучения, воспитания молодого поколения. Т. К. Жургенов впервые в исторической литературе дал анализ состояния школ и всей системы просвещения республики, вскрыв недостатки и пробелы в организации школьного дела, учебного процесса и в осуществлении начального всеобуча. Одной из серьезных помех на пути всеобуча, по его мнению, являлось игнорирование особенностей и трудностей организации школ в кочевых и полукочевых редко населенных районах. В частности, совершенно недопустимым Жургенов считал применение в аульной местности обычной нормы наполняемости классов (35—40 человек) .

Однако в ряде случаев вместо глубокого осмысления объективных условий и специфики существования некоторых учреждений культуры он объяснял те или иные недостатки иг пробелы в развитии просвещения Казахстана только происками классового врага, неверными теориями и взглядами. Так, существование в казахско-м ауле одно-двухлетней передвижной и сезонной школы Жургенов целиком и полностью связывал с деятельностью буржуазных националистов. Между тем, как показывают исторические факты, появление подобной школы в ауле объяснялось, во-первых, условиями кочевой и полукочевой жизни аулов, во-вторых, нерешенностью проблемы учителя (в сельской местности до середины 30-х гг. учителя с начальным образованием составляли 80—90%).

Существование этих школ было санкционировано Советским государством. В частности, в постановлении о всеобуче говорилось: «В редко населенных местах, где открытие нормальных школ 1-й ступени представляется невозможным, в качестве временной меры местными органами народного образования должна допускаться организация передвижных краткосрочных школ».

В военные и послевоенные годы особых качественных изменений в изучении культурной революции не произошло, хотя количество статей в журналах и газетах по вопросам культуры и науки резко возросло. Следует лишь отметить как первый важный показатель усиления внимания историков к проблемам истории современной культуры появление в двух первых изданиях «Истории Казахской ССР» специальных глав по культурной революции в Казахстане. В составлении их принимали участие видные ученые — историки, литературоведы и лингвисты, писатели и этнографы республики, например Е. Исмаилов, А. Маргулан, С. Муканов. Эти главы явились в определенной степени итогом изучения истории строительства советской культуры Казахстана за первое тридцатилетие социалистического общества. Они отражали достижения исторической науки, ее успехи в осмыслении исторического опыта культурной революции в Казахстане. Но разработка истории духовного возрождения народов республики тормозилась рядом общих для всей исторической науки причин, порожденных культом личности. В исследовании процессов развития новой культуры недостаточно оценивалась роль трудящихся масс в культурной революции, имели место проявления субъективизма в некоторых оценках, слабо разрабатывались ленинское наследие в области культуры, его идеи культурного прогресса в условиях социализма. Культурная революция в Казахстане трактовалась обедненно.

Эти негативные явления стали успешно преодолеваться на третьем этапе, начавшемся после XX съезда КПСС. Уже в первых исследованиях по истории культурной революции, изданных после съезда, явственно обозначилось стремление показать в полной мере роль народных масс в строительстве новой культуры, раскрыть роль Коммунистической партии и Советского государства в процессе культурного строительства.

Весьма отрадным явлением нового этапа изучения истории культурной революции стала и интенсивная разработка ленинского научного наследия в этой области. Важное значение в разработке кардинальных проблем культурной революции приобрели и новые, дополненные издания трудов видных соратников В. И. Ленина, пропагандистов его идей, значительное расширение документальной базы исследования.

Большое методологическое значение имели работы одного из ведущих советских историков академика М. П. Кима: «Коммунистическая партия — организатор культурной революции в СССР» (М., 1955) и «40 лет советской культуры» (М., 1957),— в которых обобщался богатейший опыт развития советской культуры, глубоко разрабатывалось ленинское идейное наследие, давалась научная периодизация культурной революции в СССР. М. П. Киму в этих работах на большом историческом отрезке удалось не только показать торжество ленинских идей культурной революции, вскрыть и объяснить сущность ее, правильно определить исходные рубежи этой революции, но и в определенной степени научно осмыслить исторический опыт культурной революции на некогда отсталых национальных окраинах, в том числе в Казахстане.

Советский опыт культурной революции получил также освещение в монографических исследованиях И. С. Смирнова, Г. Г. Карпова, К. П. Абросенко, М. Т. Иовчука, Л. Н. Когана, A. И. Арнольдова, В. А. Куманева, С. М. Ковалева, С. А. Фе-дюкина, В. В. Горбунова, В. Л. Соскина, Л. В. Ивановой, B. Т. Ермакова, в докторских диссертациях В. Ф. Берестнева, Л. М. Зак и других, в коллективных обобщающих изданиях «Коммунизм и культура» (М., 1966), «Строительство коммунизма и духовный мир человека» (М., 1966), «Духовный мир развитого социалистического общества» (М., 1977), «Культура развитого социализма. Некоторые вопросы теории и истории» (М., 1978).

Следует отметить, что современный этап изучения истории культурной революции отличается и более интенсивным ростом историографии культуры в союзных и автономных республиках нашей страны. Так, в последние годы изданы книги, обобщающие исторический опыт культурной революции в Азербайджане, Армении, Белоруссии, Грузии, Киргизии, Латвии, Литве, Молдавии, Таджикистане, Узбекистане, на Украине, в Сибири, Коми АССР, на Урале и т. д.

Такой рост обусловлен прежде всего тем, что на местах ныне подготовлена значительная прослойка научной интеллигенции, специализирующейся в области исследования истории советской культуры. В Казахстане, например, по общим и частным проблемам истории культурного строительства защищены десятки кандидатских и ряд докторских диссертаций, в которых на большом и разнообразном материале освещаются различные этапы культурной революции: деятельность Советского государства, партии, комсомола по руководству развитием просвещения, высшего образования, науки, литературы и искусства, культурно-просветительной работой, процессом культурного взаимовлияния и взаимообщения; исторический опыт претворения ленинских идей культурной революции в республике в целостном плане; проблемы народного образования и его место в процессе формирования личности.

Первые монографические исследования, брошюры и сборники статей по истории советской культуры Казахстана были изданы в 1956 и 1957 гг. к 40-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции. В брошюре Н. Джандильдина была предпринята попытка в сжатой и популярной форме показать основные достижения культурной революции в Казахстане за годы Советской власти; ту же цель преследовал сборник статей «Культура Советского Казахстана» (Алма-Ата, 1957), в подготовке которого приняли участие видные деятели культуры и науки Казахской ССР.

Серьезный вклад в историографию культурной революции внесла книга Г. Сапаргалиева, посвященная показу роли Советского государства и права в развитии социалистической культуры в Казахстане. Исследователь ввел в научный оборот большое число ценных документальных источников, не публиковавшихся ранее, конкретно и объемно раскрыл особенности и трудности ряда этапов культурного строительства в республике. Однако специфика предмета исследования, его правоведческая направленность в определенной степени сковывали исторические поиски автора, ограничивали возможности ретроспективного раскрытия опыта культурной революции.

Изданы также книги, брошюры и научные статьи, обобщающие историю народного образования, искусства, науки, советской казахской литературы, культпросветучреждений. Однако значительная часть этих работ носила юбилейный характер, слабо отражала специфику, трудности культурного развития Казахстана в советскую эпоху, сосредоточивая преимущественно внимание на результатах, впечатляющих итогах культурной революции. К числу обстоятельных, тщательно документированных научных исследований можно было отнести монографии и статьи А. И. Сембаева,. И. К. Лукьянца, Н. И. Львова, А. К. Жубанова, Е. С. Исмаилова, И. Г. Пичугина, 3. Мусурманова.

Вышедшая в 1958 г. книга А. И. Сембаева «Очерки по истории казахской советской школы» была первым трудом, в. котором синтезирована история народного просвещения в Казахстане советской эпохи. Очерки отличаются богатым фактическим материалом, который был собран в архивохранилищах Казахстана, Москвы, Ленинграда, Оренбурга, Казани, Омска и других городов. В книге широко и со знанием дела освещались различные аспекты школьного образования в республике, показывались трудности, идейная борьба в вопросах культуры и просвещения. Вместе с тем исследователь неоправданно ограничил рассмотрение преимущественно историей казахской национальной школы. В ряде случаев допущены исторические неточности, есть необоснованные утверждения и выводы. Так, автор ошибочно полагал, что в Казахстане уже в 1925/26 учебном году были налицо все условия для повсеместного введения всеобщего начального образования, что только происки буржуазных националистов помешали этому.

Продолжая свое исследование, один из старейших деятелей просвещения республики, профессор, член-корреспондент Академии педагогических наук СССР А. И. Сембаев издал новую книгу —«История советской школы в Казахстане» (1962). Основанный на тщательно изученных многочисленных исторических материалах, собственных наблюдениях и большом опыте практической деятельности, этот труд можно назвать своеобразной педагогической энциклопедией по истории казахской советской школы. Автор конкретно и точно воссоздает во всем объеме сложный и подчас противоречивый путь развития народного образования в Казахстане, анализирует поэтапно процесс подготовки учительских кадров, создания

учебников, организацию учебной и воспитательной работы, внедрение принципов политехнизма в начальных школах и многое другое. В новой работе автору в значительной степени удалось преодолеть недостатки прежнего издания, уточнить и исправить периодизацию истории советской школы в Казахстане. Но, как и в некоторых своих более ранних работах,. А. И. Сембаев в результате некритического подчас отношения к историческим документам повторил отдельные ошибочные представления прошлого. Так, вслед за Т. Жургеновым и другими деятелями народного образования республики 30-х гг. автор игнорировал положительный опыт полукочевых сезонных неполнокомплектных аульных начальных школ, несправедливо отнеся их на счет происков буржуазных националистов.

Историю высшей школы в Казахстане, в своей обширной статье стремился осветить И. К. Лукьянец — один из старейших работников просвещения республики. Несмотря на хорошее знание материалов, непосредственное участие в работе вузов, автор смог дать лишь фрагментарные сведения о возникновении высших учебных заведений в республике, численном росте контингента студентов, пополнении профессорско-преподавательского состава вузов.

Исследование Н. И. Львова «Академический театр драмы» с точки зрения истории культуры Казахстана имеет существенное значение, потому что, во-первых, этот первый в республике театр явился фактически колыбелью первых профессиональных артистов, оперных певцов, танцоров и музыкантов,, во-вторых, история самого театра трактовалась автором на широком культурном фоне как одно из конкретных проявлений и результатов заботы партии о ликвидации былой культурной отсталости трудящихся Казахстана, о расцвете национальной по форме, социалистической по содержанию культуры казахов.

Современная историография культуры Казахстана характеризуется тем, что подобные обобщающие монографические исследования появились не только по истории театра, но и па истории народного образования, музыкального искусства, искусства кино, литературы.

Последующие десятилетия (1962—1982 гг.), к сожалению, не дали новых серьезных комплексных исследований по истории советской школы в Казахстане. По общим проблемам, развития народного образования в Казахстане за годы Советской власти с брошюрами и статьями выступают в основном руководители министерства просвещения, партийные работники, деятели науки и культуры республики.Зато в этот период появляются монографические исследования по отдельным отраслям, этапам, различным проблемам и аспектам развития народного образования, книги, раскрывающие руководящую и направляющую роль Коммунистической партии в области просвещения. Так, профессор К. Бержанов на значительном историческом материале воссоздал русско-казахское содружество в области просвещения с середины XIX до конца 30-х гг. XX в., в монографии Г. К. Задорожного конкретно раскрыта (руководящая роль Компартии Казахстана в развитии народного образования в послевоенные годы. Книги К. Садвакасовой и К. Кунантаевой посвящены проблемам женского образования в республике. Интересные историко-философские и социологические исследования создали А. X. Тургумбаев и С. Н. Соскин. Проблемы развития народного образования волнуют их не сами по себе, а в личностном аспекте, в их соотношении с проблемами научно-технической революции в городе и деревне. Особое внимание в их работах обращается на современные социальные функции образования, комплексное решение нашей системой просвещения задач всестороннего, гармоничного развития советских людей, и прежде всего молодежи.

Заметные сдвиги произошли и в деле изучения проблем развития высшего и среднего специального образования, формирования советской интеллигенции Казахстана.

В плане воссоздания подробной и целостной картины культурной революции в Казахстане историками республики не все сделано: мало исследованы художественная культура и художественная интеллигенция Казахстана, внесшая огромный вклад в расцвет социалистической культуры некогда отсталой национальной окраины царизма. Но это вовсе не означает, что художественная культура народов республики не изучается.

История литературы и искусства Казахстана успешно исследуется большим творческим коллективом ученых республики, сосредоточенных в основном в Институте литературы и искусства им. М. О. Ауэзова. Труды М. О. Ауэзова, А. К. Жубанова, К. Жумалиева, М. С. Сильченко, М. К. Каратаева, Е. С. Исмаилова, И. Т. Дюсенбаева, 3. А. Ахметова, Е. В. Лизуновой, Б. Г. Ерзаковича и многих других исследователей ярко и убедительно воссоздают исторический путь национальной по форме, социалистической по содержанию казахской литературы и искусства. Большое внимание литературоведы, искусствоведы и лингвисты республики обращают на исследование в историческом плане процессов сближения, укрепления и развития интернациональных связей между казахской и другими национальными художественными культурами. Весьма примечателен в этом плане факт создания шеститомной «Истории советской многонациональной литературы», в написании которой участвовали и историки литературы нашей республики. Определенную ценность представляют мемуары и историко-литературоведческие труды видных казахских советских писателей, все чаще издающиеся в последние годы.

Значительно слабее разрабатываются вопросы истории науки, ликвидации неграмотности, культурно-просветительной работы, печати, издательского дела, радио и телевидения в Казахстане.

Но если история многих отраслей культуры все же исследуется и по их результатам издаются книги и статьи, то изучение отдельных этапов истории культурной революции в Казахстане ведется в основном лишь в диссертационном плане.

Исключение составляет книга профессора А. Канапина «Культурное строительство в Казахстане» (1964), посвященная периоду 1953—1962 гг. В 1968 г. дополненный и расширенный вариант этой работы был издан на казахском языке — «Қазақстан мәдениеті жаңа кезеңде» («Культура Казахстана на новом этапе»). Обе книги отличает широта охвата различных участков культурного строительства, обилие интересных материалов, характеризующих достижения культурного развития Казахстана на современном этапе.

Отдельные этапы культурного строительства в Казахстане в некоторой степени освещаются в монографиях, исследующих историю социалистического строительства на тех или иных отрезках борьбы за установление и упрочение Советской власти и создание нового общественного строя. Все большее внимание вопросам культурной революции и роста сознательности и образованности трудящихся уделяют исследователи истории рабочего класса и колхозного крестьянства Казахстана.

С начала 60-х гг. усилиями историков, философов, экономистов, историков государства и права республики постепенно создаются условия для составления сводной истории советской культуры Казахстана, целостного исследования и освещения исторического опыта культурной революции в некогда отсталом крае, раскрытия основных закономерностей некапиталистического развития и особенностей духовного прогресса в этих условиях. Определенный вклад в решение этой задачи вносит ряд обобщающих изданий: «История Казахской ССР. Эпоха социализма» (1963 и 1967 гг.), IV и V тома «Истории Казахской ССР», а также трехтомная «История государства и права Советского Казахстана».

Наряду с обобщением исторического опыта делаются первые шаги в деле осмысления важнейших методологических и теоретических проблем применительно к марксистско-ленинскому учению о некапиталистическом развитии. Академик АН КазССР С. Баишев, например, в своей книге, посвященной вопросам теории и истории строительства социализма в Казахстане, специальный раздел отвел проблемам культурной революции. Написанный с большим знанием дела, на основе тщательного анализа многочисленных исторических фактов и статистических данных раздел убедительно раскрывает закономерности и историческую необходимость осуществления коренных культурных преобразований в республике, кратко характеризует основные этапы, которые прошла культурная революция в период 1917—1940 гг. К сожалению, рамки небольшой главы ограничили возможности автора и не позволили ему показать трудности, специфику строительства новой культуры в Казахстане применительно к условиям некапиталистического развития.

Определенный интерес с точки зрения осмысления наиболее общих черт и характерных особенностей культурной революции на Советском Востоке, в том числе и в Казахстане,, представляет подготовленный группой местных исследователей культуры (О. Кулиев, И. Лепин, И. Сосонкин, Г. Сапаргалиев) доклад «Исторический опыт осуществления культурной революции в республиках Средней Азии и Казахстане», который был представлен на Всесоюзной научной сессии в Душанбе (1962 г.) по проблеме «Закономерности перехода ранее отсталых народов к социализму и коммунизму, минуя стадию капитализма». Далеко не все положения доклада достаточно обоснованы и выверены жизнью, но сама по себе попытка сформулировать в обобщенном плане основные закономерности и своеобразие развития социалистической культуры народов, не прошедших стадии капитализма, заслуживает одобрения.

В вышедшей в 1967 г. книге Р. Б. Сулейменова и X. И. Би-сенова «Социалистический путь культурного прогресса отсталых народов (история строительства советской культуры Казахстана. 1917—1965 гг.)» предпринята попытка проследить пути культурного возрождения народов Казахской ССР за все годы Советской власти.

В книге «Ленинские идеи культурной революции и их осуществление в Казахстане» (1972) автор настоящей статьи попытался выполнить наказ великого казахского писателя Мухтара Ауэзова исследовать и показать практическое воплощение в жизнь народами Казахстана ленинской идеи некапиталистического развития применительно к духовной культуре.

В историко-философском плане написана книга А. К. Канапина и А. Д. Яндарова «Расцвет культуры казахского народа» (Алма-Ата, 1977). В ней авторы стремились на уже известных фактах и материалах подытожить поиски советских историков, философов и социологов в области изучения культурной революции в СССР, выявить ее основные закономерности и особенности, определить этапы и рубежи коренных перемен в духовной жизни советских народов.

Положено начало исследованию отдельных важнейших аспектов культурной революции в Казахстане. В частности, в ряде работ получил освещение интернациональный ее аспект, проблема культурной помощи, взаимопомощи, культурного обмена л взаимовлияния в условиях социализма на материалах истории культурного .строительства в -республике и Средней Азии. В этом плане плодотворно трудится Н. Джандильдин, перу которого принадлежит ряд статей, брошюр и монографий по важнейшим теоретическим вопросам духовного* сближения советских народов. В своей работе «Монолитное единство» (Алма-Ата, 1975) он большое внимание уделяет процессу духовного обновления советских наций, возникновению новой исторической общности — советский народ. Обобщая опыт культурного развития казахской и других наций, Н. Джандильдин вскрывает диалектику интернационального и национального в советской культуре, показывает пути и. формы устранения былого национального отчуждения и недоверия в сфере духовной культуры.

Мировоззренческие вопросы, проблемы идеологической борьбы в процессе осуществления культурной революции успешно исследуются в трудах К. Бейсембиева, М. Бурабаева и В. А. Черняк.

Обширный исторический материал позволяет К. Бейсембиеву воссоздать сложную, полную борьбы и перипетий обстановку в республике в 20—30-х гг. Освещая идейно-политическую расстановку классовых сил в ходе революции и строительства социализма в Казахстане, характеризуя различные противоборствующие группы общества, автор конкретно показал, как в различных сферах жизни происходила ломка старого, отжившего, реакционного, как преодолевались националистические, родовые, религиозные и идеалистические предрассудки и взгляды людей, как формировалось в массах марксистско-ленинское мировоззрение, побеждала новая\’ идеология.

Много внимания автор уделяет идейной борьбе в казахской литературе и искусстве. В ряде разделов он специально останавливается на вопросах идейно-политического воспитания коммунистов, проблемах культурной революции и народного образования. Однако эти проблемы освещены в книге несколько односторонне. Не раскрыто, в частности, положение о том, как конкретно внедрялись в Казахстане идеи Ленина и партии о создании новой системы обучения и воспитания, какие переходные формы, специфические учреждения культуры и просвещения создавались в условиях все еще сохранявшегося кочевого и полукочевого образа жизни. Нельзя согласиться с утверждением автора о том, что в 1936 г. в Казахстане культурная революция уже победила: этому противоречат приводимые самим К. Бейсембиевым факты.

Философы, социологи, этнографы, историки и экономисты республики в последние годы успешно изучают культурное развитие нашего общества, так сказать, в «социальном разрезе». Заслуживает внимания коллективный труд казахстанских философов и социологов «НТР и духовный мир человека». В нем на основе широких и многолетних социологических исследований дан глубокий научный анализ духовного мира современных рабочих республики, показаны трудности дальнейшего роста их духовных потребностей, обсуждаются пути и методы преодоления существующих неантагонистических противоречий в развитии нравственного, идеологического и культурного облика советских людей. Ценность работы состоит прежде всего в том, что объектом исследования является не прошлое, а сегодняшний день, современный этап развитого социализма.

В последние годы в казахстанскую историографию культурной революции внесены очень важные дополнения и в плане изучения исторического опыта культурного строительства среди представителей национальностей, проживающих в республике. Так, М. Хамраев создал труды по истории культуры уйгуров Советского Казахстана.

Ким Сын Хва, освещая общую историю корейского населения СССР в эпоху социализма, посвятил обстоятельный очерк истории культурного строительства среди советских корейцев Казахской ССР. Проблемы культурного развития малых народов Казахстана нашли отражение и в ряде других работ.

Исторический опыт культурной революции в Казахстане все более пристальное внимание вызывает и у зарубежных исследователей. К сожалению, историография зарубежной литературы изучена еще слабо и изучается она пока довольно узко: в основном историографы занимаются критическим разбором работ буржуазных фальсификаторов Запада. Между тем в зарубежных странах (мы уже не говорим о государствах социалистического содружества) достижения культурной революции в Казахстане и в других союзных республиках признают не только прогрессивно настроенные ученые и специалисты, но даже люди, далекие от симпатий к СССР.

Подводя итоги сказанному, можно вполне определенно подчеркнуть, что развитие казахстанской историографии культурной революции приобретает в наше время все более многосторонний и планомерный характер. Историки культуры, вооруженные марксистско-ленинской методологией и знанием проверенных исторических фактов, установили многие важные закономерные черты культурной революции в Казахстане. Довольно основательно исследованы пути и достижения просвещения республики, история школьного образования, литературы, отдельных видов искусства (театральное, изобразительное, музыкальное и др.) Предпринята попытка целостного обобщения исторического опыта культурной революции, а также изучения ее отдельных этапов и аспектов (этап решающих успехов, современный период, интернациональный аспект, мировоззренческие, идеологические проблемы и т. д.).

Но все более остро ощущается наличие в изучении историк строительства новой культуры Казахстана серьезных пробелов, нерешенных проблем, недостатков в самой системе исследования, научного обобщения исторического опыта культурной, революции.

Перед историками культуры нашей республики, как и перед всеми советскими исследователями истории духовной жизни страны, на первый план выдвигаются ныне задачи «качества», всемерного повышения научного уровня исследований. Первостепенной задачей является преодоление эмпирической узости и описательности в освещении проблем культуры, поиски «своей историографической концепции», исключающей механическую суммацию фактов из истории различных отраслей культуры.

Историки культуры пока еще слабо применяют в своих исследованиях социологические методы, крайне редко пользуются системным подходом. Не стали еще правилом и системой творческие дискуссии по актуальным и нерешенным проблемам культуры, коллективизм в научном поиске. И наконец, следует сказать о необходимости усиления практической направленности, боевитости, идеологической и политической нацеленности работ по истории культуры, приближению их к жизни, к конкретным задачам коммунистического строительства.

Что касается конкретной разработки вопросов истории культурной революции в Казахстане, то здесь одной из самых актуальных задач является обобщение исторического опыта развития культуры в условиях минования капитализма, освещение закономерностей некапиталистического развития в духовной сфере. Это особенно важно сейчас, когда опыт некапиталистического развития приобретает исключительную ценность для освободившихся стран Азии и Африки.

Ждут монографического освещения такие неисследованные или слабо исследованные этапы и проблемы истории культурного строительства в Казахстане, как период становления советской культуры республики, культура в период Великой Отечественной войны, в послевоенные годы, проблема формирования казахской интеллигенции, история науки и другие.

Назрела необходимость проведения творческих дискуссий по нерешенным проблемам культурной революции в Казахстане, таким, как культурное развитие в период развитого социализма, перевоспитание и использование старой интеллигенции.

Казахстанские историки в последние годы стали разрабатывать в различных планах тему «Ленин и Казахстан», что, несомненно, свидетельствует об их росте и творческой зрелости. В 1968 г. вышло в свет фундаментальное исследование видного историка, академика АН КазССР С. Бейсембаева «Ленин и Казахстан (1897—1924 гг.)». Большое внимание автор уделил претворению в жизнь ленинских идей культурной революции. К сожалению, ограниченный хронологическими рамками своего исследования, С. Бейсембаев показал лишь первые шаги культурного строительства в республике.

В какой-то мере проблему «Ленин и культурная революция в Казахстане» некоторые исследователи разрабатывали в статьях и очерках, посвященных ленинским датам. Как уже говорилось, определенную работу в этом направлении проделал автор этих строк. Но, конечно, все это лишь подступы к исследованию имеющей огромное методологическое значение темы. Освещение роли В. И. Ленина в культурном развитии народов Казахстана, рассказ о конкретных проявлениях его заботы о духовном возрождении некогда угнетенных и отсталых народов, исследование исторического опыта осуществления ленинских идей культурной революции в республике — благородная и перспективная «нива» истории. Как справедливо отмечает М. П. Ким, ленинские идеи, ленинский план культурного переворота, которыми руководствовалась наша партия в ходе строительства нового общества, являются одним из важных субъективных условий, определивших успех культурной революции в СССР. «Всеми своими успехами в строительстве новой, социалистической культуры Советская страна обязана В. И. Ленину, руководству Коммунистической партии и творческой самоотверженности своего народа, народной интеллигенции».

В. К. ЯНУЛОВ

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделитесь информацией с друзьями

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: